Ошибка Берии

26 марта 1953 года Министр внутренних дел СССР Лаврентий Берия направил Маленкову секретную записку, в которой, в частности отмечалось, что «содержание большого количества заключенных в лагерях, тюрьмах и колониях, среди которых имеется значительная часть осужденных за преступления, не представляющие серьезной опасности для общества.
В том числе женщин, подростков, престарелых и больных людей, не вызывается государственной необходимостью».
Берия указывал, что из 2,5 миллионов заключённых ГУЛАГа лишь 220 тысяч человек являются особо опасными государственными преступниками. Кроме этого, министр отмечал, что «стремительный рост численности заключенных вызван тем, что в 1947 году были приняты указы об усилении уголовной ответственности за хищения и кражи.
В результате к 1 января 1953 г. в лагерях оказалось 1 241 919 воров и расхитителей государственной собственности, как в особо крупных, так и особо мелких размерах».
Ситуация осложнялась еще и тем, что по инициативе Сталина было отменено досрочное освобождение заключенных и зачета им рабочих дней за хорошее отношение к труду. К примеру, осужденные впервые по статье 196 УК БССР «за небрежное или не добросовестное отношение к служебным обязанностям» к трем годам лишения свободы были вынуждены «трубить срок от звонка до звонка».
В итоге, Берия предложил вдвое сократить срок наказания осужденным более чем на 5 лет, освободить женщин имеющих детей до 10 лет, беременных женщин, несовершеннолетних (до 18 лет), пожилых и тяжело больных людей.
Из указа был вычеркнут абзац «не применять амнистию к военным преступникам из числа бывших военнопленных». В результате этого, возможность выйти на свободу получили многие бывшие «лесные братья» из Прибалтики, Украины и Беларуси.

Амнистия не распространялась на особо опасных государственных преступников, осужденных за бандитизм, умышленное убийство, контрреволюционные преступления (осужденные по политической 58-й статье, оставались в местах заключения) и за хищения социалистической собственности в особо крупных размерах.
27 марта 1953 года проект Указа был единогласно одобрен на заседании Президиума ЦК КПСС, и вскоре вступил в силу. На свободу предполагалось выпустить 1 203 421 человека, а также прекратить следственные дела в отношении 401 120 граждан.

Одним из отпущенных по амнистии 1953 года был уроженец Поставского района, Молодечненской области БССР Вацлав Полюлян. Рожденного еще в 1920 году, жителя деревни Ромашковичи в августе 1948 года Народный суд Поставского района приговорил к 10 годам лишения свободы за пособничество в совершении преступления. Скорее всего он каким-то образом был связан с польским подпольем, действовавшим на территории Поставщины.
Поляк по национальности, Вацлав Полюлян получил максимальные 10 лет лишения свободы, из которых, правда, ему пришлось отсидеть лишь половину срока.
В Справке 8-БС, выданной В.И. Полюляну 24 июля 1953 года, в частности, отмечалось, что осужденный «отбывал наказание в местах заключения МВД по июль 1953 года и по отбытию срока с применением указа от 27 марта 1953 года освобожден и следует к избранному месту жительства, а именно в Молодечненскую область, Поставский район, город Поставы».
Лагерное начальство снабдило Вацлава Полюляна билетом, стоимостью в 297 рублей и отправило сидельца домой. Уже в Поставах Полюлян получил от райвоенкома, гвардии полковника Сальникова полагающееся ему денежное довольствие.


14 апреля 1953 года, т.е. через полмесяца после подписания Указа об амнистии Берия и Молотов предложили освободить всех, подпадавших под амнистию, иностранцев.
20 мая 1953 года Маленкову было доложено, что советские спецорганы пересмотрели судебные приговоры в отношении 41 551 иностранного гражданина, осужденного советскими судами к лишению свободы, в том числе 18 393 военнопленных. Досрочно из мест заключения было освобождено 16 574 иностранца.
Впрочем, вместе с обычными гражданами в 1953 году на волю вышли и матерые уголовники. Дело в том, что у большинства из них были небольшие сроки и многие бывшие воры, насильники и прочая уголовная шушера получили возможность выйти на свободу.
Криминогенная обстановка в Советском Союзе осложнилось до критического уровня. Милиция не справлялась с разгулом преступности и бандитизма. В некоторых районах страны бандиты устраивали форменный беспредел.

Бывший сотрудник Министерства Юстиции СССР Надежда Куршева вспоминала, что в июне 1953 года столица Бурят-Монгольской ССР город Улан-Удэ стал настоящей «горячей точкой».
Город являлся фактически перевалочным центром, куда сходились все пути с Колымы, из Магадана и, что самое страшное, из Внутренней Монголии.
Это была не советская и не монгольская территория, а особый район Китая, в котором в начале 1950-х находилось несколько лагерей, где содержались убийцы, особо опасные рецидивисты и грабители. И часть этих людей вышла на свободу летом 1953-го.
Для большинства из них железнодорожный узел Улан-Удэ был первым городом на пути в сторону дома, и они задерживались там — кто на день, кто на неделю, а кто и дольше.
Во второй половине июня начался беспрецедентный рост преступности в городе. Все государственные учреждения были переведены на казарменное положение.
В Министерстве юстиции в кабинетах были установлены раскладушки, на которых спали сотрудники. Окна первого этажа были заложены мешками с песком и установлены пулеметы. Здание постоянно охранялось автоматчиками. Несколько самых опасных дней Министерство жило практически в осаде.
Милиция не справлялась с таким всплеском преступности; если сотрудники и ходили в форме, то только группами и с оружием.

Единственное, что могли сделать власти — это призывать граждан по радиотрансляции и уличным громкоговорителям не выходить на улицу, забаррикадировать двери и окна. Помогало это мало.
Уголовники разграбили магазины, кафе и другие предприятия общественного питания.
Больше недели в городе шли погромы, и даже республиканские воинские части не могли справиться с тысячами бывших заключённых. Положение было критическим.
И партийные организации, и местная власть, и милиция, и военные оказались неподготовленными к фактическому захвату города бандитами. В Улан-Удэ в спешном порядке были переброшены регулярные части советской армии из Читы, других городов и регионов.
Действие указа о неприменении смертной казни к преступникам было фактически приостановлено, и несколько дней в городе ни днём, ни ночью не смолкала стрельба.
Бандитов расстреливали на улицах без суда и следствия, стрелять могли в любого человека без военной формы, который появлялся на улице во время действия комендантского часа, то есть с 22 часов до 6 часов утра.
Редкие автомобили передвигались только со спецпропусками, а если автомобиль не останавливался по требованию патруля, по нему сразу же открывалась стрельба. Сколько человек было убито за несколько недель беспорядков, посчитать невозможно.

Похожие события происходили тогда и под Казанью. В одну их ночей июля 1953 года курсантов военного училища подняли по тревоге, выдали оружие, боеприпасы и доставили на полустанок, расположенный рядом с городом.
Как оказалось, там остановился грузовой поезд, в котором было более тысячи амнистированных уголовников. Почувствовав свободу, те вырвались из товарных вагонов и разбежались по поселку, совершая массовые грабежи, разбои, изнасилования, убийства.
Военнослужащие армейской дивизии и двух военных училищ с работниками органов внутренних дел окружили поселок и, сужая кольцо, загнали амнистированных в вагоны. Некоторых расстреляли при оказании сопротивления. Были жертвы и среди военнослужащих. Вагоны закрыли и под усиленной охраной отправили обратно на восток. Для большинства из этих освобожденных амнистия на этом завершилась.
Такие случаи происходили практически по всей стране. В связи со сложившейся сложной ситуацией 2 июля 1953 года Президиум ЦК КПСС одобрил проект Указа «О неприменении амнистии к лицам, осужденным за разбой, ворам-рецидивистам и злостным хулиганам».
Евсей Густавович Ширвиндт.

Кстати, во время проведения амнистии не обошлось и без курьезных событий. К примеру, одним из освобожденных тогда зеков был Евсей Ширвиндт.
Этот человек с 1922 по 1932 год был начальником главного управления мест заключения и начальником конвойных войск. С 1933 по 1938 гг. Ширвиндт был Помощником Генерального прокурора СССР.
В 1938 году автора многочисленных трудов по воспитательно-исправительному трудовому законодательству арестовывают и отправляют в лагерь. Удивительно, но зеки его не тронули. Более того Ширвиндт спасался от голодной смерти игрой на скрипке для лагерной администрации, за что получил кличку «Евсей-музыкант».
Когда вышел Указ «Об амнистии» Никита Хрушёв приказал разыскать Ширвиндта, освободить его и доставить в Москву. В лагере «Евсею-музыканту» прямо на ватник накинули полковничью шинель и отвезли в Москву.
В столице Ширвиндту вручили партбилет и постановление о полной реабилитации. В дальнейшем бывший зек возглавил комиссию по осуществлению амнистий и реабилитаций.

А что же Вацлав Полюлян? Через пять месяцев после освобождения из мест лишения свободы, в декабре 1953 года, на основании выданной в лагере справки 8-БС бывший осужденный получил советский паспорт. Кстати, в новом документе житель тогдашней Молодечненской области на всякий случай записался белорусом.

Военнослужащий советской армии Борис Бобков. В 1953 г. участвовал в подавлении бунта амнистированных уголовников.
« Кто озвучивал известных киногероев
Черчилль в Крыму: загадки одного путешествия »
  • +83

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.

0
не в какое сравнение эти хождения по мукам не идут по сравнению с тем ужасом который творился в 18 году, до прихода Сталина.
людей не просто убивали в больших количествах, их просто истязали.
  • Поделиться комментарием
0
  • avatar
  • rdk06
Через много, много лет история все расставит на свои места. Без предрассудков и политический амбиций.
  • Поделиться комментарием
+2
Наверняка было много ошибок, и надо было бы разбираться. Но, кому это надо сейчас?
Ведь окажется, что Берия не такой и плохой. Он же ядерным оружием занимался и много сделал для страны.
  • Поделиться комментарием
0
Берия был опорой Сталину во всем, все отрасли и министерства, которыми командовал Берия работал и как часы.
0
Эхххх… Рассея — матушка…
  • Поделиться комментарием
+2
Судя по всему, здесь проявилась та тупая система, которая держится до сих пор. Амнистируют по МАЛЫМ СРОКАМ, а надо по степени НЕ ОПАСНОСТИ ДЛЯ ГРАЖДАН. Горе-диспетчер или расхититель могут получить большие сроки, но вполне могут жить и в ссылках, рядом с честными гражданами. А вот всякие мелкие воры и шпана должны сидеть на зонах как папы Карлы, без амнистий.
  • Поделиться комментарием
+3
  • avatar
  • MaXXX
Это не было «ошибкой». Это была планомерная дестабилизация ситуации на фоне борьбы за власть.
  • Поделиться комментарием
0
Да, не только под Казанью, но и в самой Казани девушки в одиночку и в паре в тот год летом побаивались прогуливаться.
  • Поделиться комментарием
+1
Лаврентий просто так, ничего не делал.
  • Поделиться комментарием
+4
Сейчас все легко на него валить, но ведь тоже был человеком. Во всяком случае, должны были быть те люди которые должны были все доработать и внести свои предложения.