Почему в годы правления Сталина цены всё время снижались, а при Хрущёве стали расти

Спор о том, «при ком жилось лучше», обычно упирается в один факт: при Сталине каждую весну объявляли о снижении цен, а при Хрущёве товары не просто перестали дешеветь, они стали дорожать, появился дефицит.

Из этого делают вывод о доброй воле одного вождя и ошибках другого. Но если разобраться в том, откуда брались деньги на снижение цен при Сталине и почему они закончились при Хрущёве, картина не такой контрастной.

Почему при Сталине цены снижались

Сегодня уже мало кто помнит это лично, но в 1947 году была денежная реформа для изъятия избыточной денежной массы (обмен 10:1), а затем каждую весну происходило снижение розничных цен на продукты. Снижение было настолько ощутимым, что к 1953 году цены на товары массового потребления составили менее половины от уровня 1947 года. Представьте, если сейчас у нас продукты стоили в два раза дешевле, чем в 2020-ом. Чудо? Фантастика! Есть, что показать Западу!
Но у это чуда был механизм. Государство было единственным покупателем у колхозов и единственным продавцом в магазинах. Оно устанавливало закупочные цены на сельхозпродукцию на уровне, который едва покрывал себестоимость, а часто был ниже неё. Разница между этой низкой закупочной ценой и розничной ценой в городе и была тем «сверхналогом», за счёт которого финансировалось и снижение цен, и индустриализация, и восстановление страны. В партийных документах это называли «ножницами» или «перекачкой» средств из сельского хозяйства в промышленность.
То есть снижение цен в городе было не результатом того, что страна стала производить радикально больше при тех же затратах, как это могло бы быть при капитализме и рыночной экономике. А в результате перераспределения между деревней и городом. Если говорить простым языком без всякой политкорректности, но государство грабило деревню в пользу города.



Дополнительным источником была послевоенная восстановительная динамика — производительность росла, себестоимость снижалась, и часть этой экономии направляли на снижение цен. Но это не главная причина. Главная причина в том, что в нерыночной экономике цену снижали по приказу, без согласований с производителем. Государство сказало, что будет покупать зерно за условные 3 копейки, и его не волнует, что себестоимость производства 4 копейки. А производитель ничего сделать не может, потому что других покупателей нет. Вот и вся история.

Почему при Хрущёве цены стали расти

Тут у кого-то может возникнуть вопрос: если цены устанавливаются приказом, то почему Хрущёв не продолжил их снижать? На самом деле он бы мог ещё некоторое время продолжать политику Сталину, но рано или поздно рост цен всё равно бы остановился, лимит был исчерпан. Производительность уже не росла так стремительно, снижать закупочные цены было уже невозможно, а снижение отпускных цен в таких условиях значит оставить государство без денег.
Плюс Хрущёв, как известно, был фанатичным противником Сталина, в том числе его политики. К тому он сам был из деревни и прекрасно понимал, за счёт чего снижались цены и как тяжело жить на селе, поэтому он начал политику с противоположной логики.
Вместо того чтобы копить ресурсы через низкие закупочные цены, он попытался дать людям больше денег на руки. Были повышены пенсии и зарплаты низкооплачиваемым, отменены некоторые налоги. Это была популярная социальная политика.


Проблема в том, что в плановой экономике, если у людей появляется больше рублей, а на полках не появляется больше товаров, получается дефицит. То есть деньги есть, а купить на них нечего. Это и произошло.
Одновременно Хрущёв подорвал и тот самый источник, из которого когда-то брали ресурсы. Политика в деревне была противоречивой. С одной стороны, закупочные цены повышались, чтобы колхозам было выгоднее производить. С другой — кукурузная кампания и освоение целины шли не как дополнение к существующему производству, а как замена ему. Кукурузу сеяли там, где она не вызревала, а целинные земли в начале 1960-х столкнулись с кризисом. Это все знают, в подробности вдаваться не буду.
К этому добавилось ограничение личных подсобных хозяйств колхозников, которое сократило производство мяса и молока. В результате производство продуктов питания отставало от растущего городского спроса, и в начале 1960-х страна впервые за послевоенные годы столкнулась с необходимостью массовых закупок зерна за границей. Источник, из которого можно было «перекачивать» ресурсы для дешёвых цен в городе, истощился и сам начал требовать денег.

Реформа 1961 года

В этот момент государство попыталось решить проблему технически — реформой 1961 года. Формально это была деноминация 10:1, «упрощение расчётов». Фактически — скрытая девальвация. Золотое содержание рубля снизили непропорционально, а рыночные цены на колхозных рынках уменьшились не в 10, а примерно в 4,5 раза. Иными словами, за те же товары люди стали платить примерно в два раза больше в реальном выражении, хотя в номинальных цифрах всё выглядело чин чинарём.


Это была попытка привести в порядок ситуацию, в которой у народа стало денег больше, чем он мог потратить. К 1962 году стало очевидно, что дальше держать низкие розничные цены на мясо и масло невозможно без ещё большего дефицита. Государство пошло на повышение: мясо подорожало примерно на 30%, масло — на 25%. С точки зрения власти, это был способ сократить спрос и хоть как-то сбалансировать рынок. С точки зрения людей, это было прямое нарушение обещаний: им только что говорили о росте благосостояния и скором коммунизме, а теперь просили платить больше за базовые продукты.
В общем, к ожидаемому балансу реформа не привела, а даже наоборот. Полки магазинов быстро опустели, продовольственный кризис 1963–1964 годов стал открытым. А среди людей пошло массовое недовольство не столько ценами, сколько нарушением причинно-следственной связи, которая была им обещена: «если мы работаем и власть ведёт нас к изобилию, цены должны падать или стоять на месте». Люди начали подавать голос, а самый трагичный момент этих протестов закончился расстрелом демонстрации в Новочеркасске.
В общем, контраст между «дешевеющим» Сталиным и «дорожающим» Хрущёвым — это не история о хорошем и плохом руководителе. Это история о разных способах управления. При Сталине цену платила деревня. При Хрущёве её попытались переложить на горожан, но не учли, что в плановой экономике разрыв между спросом и предложением неизбежно выливается либо в дефицит, либо в скрытое, либо в открытое повышение цен. И получился социальный взрыв.