В 1957 году на воду спустили первую советскую атомную подлодку К-3. После прохода подо льдами Северного полюса ее считали витриной отрасли. В 1967-м лодка возвращалась с боевого поста в Средиземном море.
Когда до базы оставалось чуть более суток хода, на К-3 загорелся отсек. Встречающие были поставлены в известность о ЧП, но все же субмарина возвращалась своих ходом. Оставалась надежда, что жертв удалось избежать. Если бы не приспущенный флаг.
Третья атомная субмарина мира
Впервые советская подлодка всплыла на Северном полюсе.
До советской К-3 в мире насчитывалось всего две атомных субмарины — американские «Наутилус» и «Сивульф». Разработку подлодки начинали в условиях усиления холодной войны с Западом с целью военного паритета в этом противостоянии. 12 сентября 1952 года Иосиф Сталин дал отмашку на работы в обстановке строжайшей секретности. Строительство лодки шло безумными темпами, какие американским конкурентам и не снились. 9 октября 1957 года, всего через пять лет с рождения идеи, К-3 спустили на воду. Для сравнения, на строительство «Наутилуса» у американцев ушло 10 лет. Генеральный конструктор К-3 Владимир Перегудов впоследствии удостоен за свое детище звания Героя Социалистического Труда.
Для своей эпохи К-3 была уникальной: скорость до 30 узлов превышала возможности американских аналогов, лодка погружалась на глубину до 300 метров и 3 месяца могла стоять без единого всплытия.
Флаг ВМФ СССР над лодкой был поднят 1 июня 1958 года, после чего стартовали работы по доводке инновационной техники и устранению выявляемых недостатков. Атомоход требовал совершенно нового обслуживания, поэтому параллельно строилась береговая инфраструктура. С 1959-го К-3 базировалась в Северодвинске в составе отдельной 206-й бригады подлодок, а в 1961-м ушла на первую боевую службу в Атлантический океан. В июле 1962 года атомоход впервые в истории советского военно-морского флота совершил длительный подледный поход по Северному Ледовитому океану, дважды пройдя точку Северного полюса.
Водружение Государственного флага СССР на Северном полюсе.
За эту операцию личный состав К-3 получил ордена и медали, а лодке присвоили имя «Ленинский комсомол». Вернувшуюся К-3 лично встречал Никита Хрущев. Несмотря на всю триумфальность, поход на Северный полюс не сыграл на руку К-3. Экипаж начали задействовать во всяческих общественных и торжественных мероприятиях, что сказалось на уровне боеготовности. Пренебрегая дальними походами, К-3 использовалась только на коротких выходах в море, что не считается правильной практикой для боевого корабля.
Не дошли домой
Экипаж К-3, 1962 год.
В начале 1967 года «Ленинский комсомол» взялись срочно собирать в ответственный поход. На Ближнем Востоке вспыхнула война, и по стратегическим соображениям советский атомоход понадобился в Средиземное море. Экипаж на К-3 набирали экстренно. 80-дневное боевое патрулирование шло в непростых условиях. По ходу всплывала масса мелких неполадок, ко всему прибавилась изнуряющая жара. Температура в турбинном отсеке редко опускалась ниже 60 градусов. Трагедия на «Ленинском комсомоле» случилась, когда после приказа возвращаться на базу лодка вошла в Норвежское море. В подводном положении на К-3 загорелся первый отсек, где размещались торпедные аппараты, боезапас и места отдыха экипажа. Пламя мгновенно охватило поразило мирно отдыхающих 28 человек, и они выскакивали из отсека, словно пылающие факелы.
Перемещаясь в панике во второй отсек с каютами офицеров, они поджигали и его. Грамотные действия по герметизации отсеков предотвратили распространение огня на центральный пост, что и спасло большую часть экипажа и в целом подлодки. Пожар на подводных лодках отличается быстротечностью развития с образованием огромной концентрации продуктов горения в воздухе. Из-за высокой температуры и чрезмерного давления угрожали взорваться торпеды с ядерными боеголовками и аккумуляторная батарея. Для обследования второго отсека, где оставались 38 человек, пытались безрезультатно открыть переборочную дверь. Как выяснилось позже, ее заблокировали тела уже погибших на тот момент подводников.
К-3 произвела срочное всплытие и передала на командный пункт флота радиограмму об аварии. Отравившихся подводников поместили в организованный в восьмом отсеке лазарет. После всплытия и вентилирования центрального поста приступили к борьбе за живучесть корабля. Атомная энергетическая установка работала надежно, и лодка смогла самостоятельно проследовать в базу.
Всему виной – прокладка?
Подготовка к музеефикации.
Когда к К-3 подошли спасательные суда, была предпринята еще одна попытка пробраться во второй отсек, к тому же пожар там возобновился. Выжившие подводники отказывались от замены резервным экипажем и настаивали, чтобы прибывающие корабли отходили на безопасное расстояние. Все осознавали нависшую над миром угрозу. 10 сентября аварийная К-3 зашла в мурманскую базу с приспущенным флагом. Уже там обнаружили спекшихся в единую массу членов экипажа в кормовой части второго отсека.
Комиссия установила, что причиной трагедии стало воспламенение масла системы гидравлики, под большим давлением впрыснутого в 1-й отсек через дефектное уплотнение гидравлической машинки клапана вентиляции цистерны главного балласта. Масло с силой ударило в горевшую лампу электроосвещения и мгновенно воспламенилось. Позже более современные специалисты предположили, что прорыв системы гидравлики случился из-за того, что вместо положенной медной прокладки была установлена прокладка из более дешевого материала.
В условиях тогдашней строгой секретности официально не сообщалось ни о борьбе с пожаром на «Ленинском комсомоле», ни о последующем расследовании. Погибшие на К-3 39 подводников похоронены в губе Западная Лица в братской могиле. На памятнике — скромная надпись: «Подводникам, погибшим в океане 08.09.67 г.» Сегодня подлодку «Ленинский комсомол» превратили в центральный экспонат Музея военно-морской славы в кластере «Остров фортов» в Кронштадте.