Как стала предательницей герой и орденоносец Сима Ситник

Осенью 1943 года майор связи Серафима Ситник не вернулась из боевого вылета. Ее супруг, командир 205-й авиадивизии Юрий Немцевич, считал жену погибшей, пока не услышал ее голос в немецкой радиотрансляции.



Героическая летчица и орденоносец призывала советских пилотов переходить на сторону врага. Окружающие ждали от полковника отречения, но Немцевич отказался верить в предательство.

Рискуя головой, он дважды писал Сталину с отчаянными просьбами — сначала обменять супругу на пленного немецкого генерала, а затем просто сохранить жизнь ей и их маленькому сыну. Как выяснилось позже, гитлеровцы разыскали ребенка Серафимы и привезли в камеру, поставив мать перед страшным выбором: радиопропаганда или казнь сына на ее глазах. Рассказываем о трагической судьбе офицерской семьи, прошедшей через немецкий шантаж, и о тайне, которую генерал Немцевич унес с собой в вечность.

Стальная Сима и ее негромкое женское счастье

Сима в рядах Красной армии.

Если бы до войны кто-то сказал, что Серафима Ситник станет музой для волевого, решительного командира Юрия Немцевича, многие бы удивились. Высокая, статная, с прямым, почти мужским взглядом и твердым характером, Сима совсем не походила на робких, покладистых домашних хозяек того времени. В ней не было хрупкости, зато в избытке имелось то, что на фронте называют внутренним стержнем. Родив мужу сына Валерочку, она так и не смогла запереть себя в тихом тыловом уюте, когда над страной нависла смертельная опасность. Маленького сына пришлось со слезами на глазах отправить к бабушке в глубокий тыл, а сама Серафима надела военную форму.

Она не просто следовала за любимым мужем — Сима воевала. Отважная связистка, сильная и бескомпромиссная, за свои первые фронтовые подвиги она была удостоена высоких правительственных наград: ордена Красного Знамени и ордена Отечественной войны II степени. Юрий безумно дорожил своей Синей, как ласково называли ее близкие. Добившись перевода жены в свою, 205-ю авиационную дивизию, полковник Немцевич надеялся, что так ему будет спокойнее. Но у судьбы были свои, куда более жестокие планы.

Тот роковой осенний рейс

Полковник Немцевич.

Осень 1943 года выдалась затяжной, сырой и невероятно тяжелой. Шла Пятихатская наступательная операция. В один из хмурых дней майору Серафиме Ситник вместе с опытным пилотом Павлом Скалием поручили срочное и крайне ответственное задание. Им предстояло доставить на легком биплане По-2 пакет с секретными документами особой важности. Погода стояла нелетная, линия фронта постоянно смещалась, но приказ есть приказ. Самолет оторвался от взлетной полосы и растворился в серой дымке. К назначенному времени борт на базу не вернулся, а рация ответила оглушительной, мертвой тишиной.
В дивизии долго надеялись на чудо.

Рассматривались разные версии: возможно, летчики из-за плохой видимости по ошибке сели на аэродром, уже занятый врагом, или же тихоходный «кукурузник» был подбит фашистскими зенитками, и раненая Сима совершила вынужденную посадку прямо в лапы врага. Одно сослуживцы знали твердо: добровольно эти люди сдаться не могли. Юрий Немцевич почернел от горя. Оплакав любимую женщину, он пытался заглушить душевную боль бесконечной работой, пока в один из дней привычный мир комдива не разлетелся на мелкие осколки.

Голос из радиоприемника, перевернувший жизнь

Это произошло во время очередного дежурства. Из динамиков немецкой радиотрансляции, которую фашисты использовали для психологических атак, внезапно потек до боли знакомый, уверенный и четкий женский голос. Ошибиться было невозможно — этот голос знал каждый боец в дивизии. Сомнений не оставалось: говорила Сима. Но слова, которые она произносила, заставили застыть кровь в жилах ее товарищей. Серафима Ситник открыто призывала советских авиаторов прекратить сопротивление, складывать оружие и переходить на сторону Третьего рейха, красочно описывая сытую, безопасную жизнь и карьерные перспективы под крылом немецкого командования.


Сталин не ответил на оба письма.

Для любого советского офицера подобное известие означало немедленный крах. Жене изменницы Родины грозил трибунал, а самому комдиву — как минимум расстрел или штрафбат за потерю бдительности. Окружающие отводили глаза, ожидая, что Немцевич тут же публично отречется от супруги-предательницы. Но Юрий поступил иначе. Он слишком хорошо знал свою Симу, знал ее преданность и любовь, чтобы поверить в эту глянцевую фашистскую ложь. Полковник понял: жену заставили, ее сломали какими-то страшными, нечеловеческими пытками. В абсолютном отчаянии, рискуя положением, погонами и самой жизнью, Немцевич садится писать письмо самому Иосифу Сталину. В этом послании, полном боли, комдив умолял вождя обменять его Симу через нейтральную страну на любого, пусть даже самого «захудалого» пленного немецкого генерала, обещая искупить эту милость кровью на любом участке фронта. Письмо ушло в Кремль, но ответа не последовало.

Капкан для комдива и материнское сердце

Немецкая листовка.

Вскоре Немцевичу доставили новое потрясение — личное письмо от Серафимы, переданное через линию фронта. Текст читали военные цензоры, и от каждого слова веяло леденящим ужасом. Сима писала, что в плену к русским относятся вежливо, что рядом с ней находятся многие сбитые летчики, включая Героев Советского Союза. Но самое страшное скрывалось в конце страницы. Серафима сообщала, что их маленький сын Валерочка находится здесь, с ней, в безопасности. Она умоляла мужа бросить службу, спасти свою жизнь и воссоединиться с семьями, обещая ему высокое покровительство немецких властей.

Только тогда перед Юрием открылась вся чудовищная картина происшедшего. После войны выжившие очевидцы восстановят эти события по крупицам. Оказавшись в плену, стальная Сима вела себя дерзко и бесстрашно, буквально выплескивая в лицо следователям гестапо свою ненависть. Она кричала, что немцы уже убили ее мать и маленького сына, так как связь с тылом давно прервалась. Поняв, в чем кроется уязвимость этой сильной женщины, фашистские спецслужбы навели справки, разыскали на оккупированной территории ее престарелую мать с внуком и привезли четырехлетнего Валеру прямо в камеру к матери.
Перед Ситник поставили простой выбор: либо она соглашается читать тексты перед микрофоном, либо ее ребенка убьют у нее на глазах. И материнское сердце не выдержало. Ее пытался завербовать бывший советский полковник-перебежчик Виктор Мальцев, формировавший лояльные гитлеровцам авиационные группы. Как пилот Сима оказалась слаба, но как агитатор — бесценна, ведь ее голос должен был сломить дух самого комдива Немцевича.

Юрий снова пишет Сталину. Он прикладывает письмо жены и открыто заявляет: это вражеская провокация и попытка шантажа, но он умоляет сохранить жизнь его жене и ребенку хотя бы после окончания войны. Сталин промолчал и на этот раз. Удивительно, но жесткая карательная машина не уничтожила верного мужа. Немцевича лишь тихо сняли с передовой и перевели в тыл — заместителем начальника летной школы в авиабригаду ВВС.

Тайна, ушедшая в вечность

Жизнь Юрия Немцевича продолжилась на Дальнем Востоке. В начале 1945 года его восстановили в правах, назначив командиром 250-й истребительной дивизии, с которой он героически прошел советско-японскую войну. В отставку отважный офицер вышел в 1947 году в почетном звании генерал-майора авиации. Он поселился в Москве, окруженный уважением коллег, но в его уютной квартире навсегда поселилась невысказанная, тихая тоска. До самого своего последнего вздоха в 1956 году Юрий не знал, что на самом деле стало с его любимой Симой и сыном.

Судьба Серафимы, Валерия и ее матери до сих пор окутана завесой тайны. Согласно одной, самой мрачной версии, немецкое командование заподозрило, что Сима ведет двойную игру и пытается через мужа передать важные сведения советской разведке. К ней подослали лже-подпольщиков, которые пообещали помочь женщине бежать с ребенком через линию фронта, а когда Серафима согласилась, всю семью безжалостно расстреляли на окраине леса.

Существует и другая, более обнадеживающая гипотеза. Некоторые исследователи полагают, что Симе с сыном и матерью удалось пережить кошмар весны сорок пятого года. Однако, прекрасно понимая, что на Родине их ждет неминуемый сталинский ГУЛАГ за вынужденное сотрудничество с врагом, они не решились вернуться назад. По слухам, затерявшись в лагерях для перемещенных лиц, они смогли сменить документы и обрести тихую, незаметную жизнь в одной из стран Западной Европы, унеся эту великую и страшную тайну своей любви с собой в вечность.