Как советские писатели ругали Пастернака

В 1958 году Борису Пастернаку присудили Нобелевскую премию по литературе за роман «Доктор Живаго». Впрочем, на родине писателя руководство страны книгу назвало «клеветнической»: Пастернака начали травить в печати, встал вопрос об исключении его из Союза писателей.
Коллеги по цеху клеймили его и утверждали, что автора «Доктора Живаго» надо выслать за пределы Советского Союза.
Читать
Записка Отдела культуры ЦК КПСС об итогах обсуждения на собраниях писателей вопроса «О действиях члена Союза писателей СССР Б. Л. Пастернака, несовместимых со званием советского писателя»
28.10.1958
Докладываю о собрании партийной группы Правления Союза писателей СССР и совместном заседании Президиума Правления Союза писателей СССР, бюро Оргкомитета Союза писателей РСФСР, Президиума Правления Московского отделения Союза писателей, состоявшихся 25 и 27 октября сего года.
На этих заседаниях был обсужден вопрос «О действиях члена Союза писателей СССР Б. Л. Пастернака, несовместимых со званием советского писателя».
На собрании партийной группы 25 октября присутствовало 45 коммунистов-писателей.
В обсуждении вопроса приняло участие 30 человек. Все выступавшие в прениях товарищи с чувством гнева и негодования осудили предательское поведение Пастернака, пошедшего на то, чтобы стать орудием международной реакции в ее провокациях, направленных на разжигание холодной войны.
Единодушное мнение всех выступавших сводилось к тому, что Пастернаку не может быть места в рядах советских писателей. Однако в ходе прений некоторые товарищи высказывали мнение о том, что Пастернака не следует исключать из членов Союза писателей немедленно, так как это будет использовано международной реакцией в ее враждебной работе против нас. Эту точку зрения особенно активно отстаивал тов. Грибачев. Он говорил о том, что исключению Пастернака из Союза писателей должно предшествовать широкое выступление советской общественности на страницах печати. Решение Союза писателей об исключении Пастернака из своих рядов должно явиться выполнением воли народа. Позиция тов. Грибачева была поддержана писателями Л. Ошаниным, М. Шагинян, С. Михалковым, А. Яшиным, С. Сартаковым, И. Анисимовым, С. Герасимовым и некоторыми другими. С. А. Герасимов заявил, что «надо дать просто выход народному мнению на страницах широкой печати». В выступлениях тт. Грибачева и Михалкова была высказана мысль о высылке Пастернака из страны. Их поддержала М. Шагинян.
Многие выступавшие в прениях товарищи резко критиковали Секретариат Правления Союза писателей и, в частности, тов. Суркова за то, что Секретариат не исключил Пастернака из Союза тогда, когда стало известно о передаче им своего клеветнического сочинения буржуазному издателю, — особенно за то, что не было в свое время опубликовано в советской печати письмо членов редколлегии журнала «Новый мир» Пастернаку.
Участниками прений указывалось, что Секретариат Союза писателей, не опубликовав ранее письма, поставил сейчас Союз в более затруднительное положение. Будь это письмо опубликовано полтора года тому назад, говорил т. Грибачев, «не было бы у Пастернака Нобелевской премии, так как прогрессивная пресса мира все сделала бы, чтобы не допустить этого». Это мнение т. Грибачева разделяли в своих выступлениях тт. Кожевников, Софронов, Кочетов, Караваева, Анисимов, Ермилов, Лесючевский, Турсун-заде.
Писатели А. Софронов и В. Ермилов остро ставили вопрос о запущенности идейной работы в Союзе писателей. Вопросы идейной жизни Союза писателей, отмечал А. Софронов, за последние годы не стояли в центре внимания всего Союза. Наряду с правильной и обоснованной критикой недостатков в работе Секретариата Правления Союза писателей и его первого секретаря тов. Суркова в выступлениях тт. Грибачева, Софронова и отчасти тов. Кочетова была сделана попытка представить дело так, что чуть ли не вся деятельность Секретариата Правления была компромиссом в литературной политике, отступлением от принципиальной линии. По отношению к Пастернаку Секретариат проявлял либерализм, говорил А. Софронов, и в то же время тов. Сурков всячески унижал первого писателя мира тов. Шолохова. Моя реплика о том, что нельзя говорить о литературной политике как политике компромисса, не встретила поддержки.
В результате широкого обмена мнениями партийная группа приняла единодушное решение вынести на обсуждение Президиума Правления Союза писателей резолюцию об исключении Пастернака из членов Союза писателей СССР.
27 октября состоялось совместное заседание Президиума Правления Союза писателей СССР, бюро Оргкомитета Союза писателей РСФСР и Президиума Правления Московского отделения Союза писателей, обсудившее вопрос о поведении Пастернака, несовместимом со званием советского писателя.
На заседании присутствовало 42 писателя — члена Правления Союза писателей СССР, бюро Оргкомитета Союза писателей РСФСР, Президиума Правления Московского отделения Союза писателей и 19 членов Правления Союза писателей СССР и ревизионной комиссии. Не приехали на заседание 26 писателей. Из числа не приехавших на заседание не были по болезни тт. Корнейчук, Твардовский, Шолохов, Лавренев, Гладков, Маршак, Тычина, находятся в заграничной командировке тт. Бажан, Эренбург, Чаковский, на лечении в санатории — тт. Сурков, Исаковский, по занятости служебными делами т. Лацис; без указания причин тт. Леонов и Погодин. Не пришел также сказавшийся больным личный друг Пастернака писатель Всеволод Иванов. Сам Пастернак на заседание не явился, сославшись на болезнь. Он прислал в Президиум Союза советских писателей письмо, возмутительное по наглости и цинизму. В письме Пастернак захлебывается от восторга по случаю присуждения ему премии и выступает с грязной клеветой на нашу действительность, с гнусными обвинениями по адресу советских писателей. Это письмо было зачитано на заседании и встречено присутствующими с гневом и возмущением.
Председательствовал на заседании тов. Тихонов Н. С.; с сообщением выступил тов. Марков Г. М.
На заседании выступило 29 писателей. В числе выступавших — видные беспартийные писатели тт. Тихонов Н. С., Соболев Л. С., Николаева Г. Е., Панова В. Ф., Ажаев В. Н., Чуковский Н. К., Антонов С. П. Выступавшие в прениях при полной поддержке и одобрении всех участников заседания разоблачали и гневно осуждали предательское поведение Пастернака. Они характеризовали Пастернака как порвавшего с народом и страной перебежчика в лагерь врага. Говоря о морально-политическом падении Пастернака, его клеветническом сочинении, беспартийный писатель В. Ажаев заявил: «Мы с гневом и презрением осуждаем это враждебное нашему социалистическому делу и художественно убогое, копеечное сочинение. Мы осуждаем не совместимые со званием советского писателя поступки Пастернака, отдавшего свое злобное сочинение в чужие руки и ныне готового вприпрыжку бежать за «наградой». Поступки эти окончательно изобличают в нем человека, которому чуждо все то, что бесконечно дорого каждому советскому человеку».
Беспартийная писательница Г. Николаева, характеризуя предательские действия Пастернака, заявила: «Я считаю, что перед нами — власовец». Касаясь вопроса о мерах по отношению к Пастернаку, она сказала: «Для меня мало исключить его из Союза — этот человек не должен жить на советской земле».
В очень резких тонах говорил беспартийный писатель Н. Чуковский о враждебной сущности Пастернака, о его провокационных поступках: «Во всей этой подлой истории, — сказал Н. Чуковский, — есть все-таки одна хорошая сторона — он сорвал с себя забрало и открыто признал себя нашим врагом. Так поступим же с ним так, как мы поступаем с врагами».
Писательница Вера Панова такими словами определила свое отношение к Пастернаку: «В этой озлобленной душе, которая раскрывалась во всем этом деле начиная с написания романа и кончая письмом, — нет ни чувства родной почвы, ни чувства товарищества, кроме безмерного эгоизма, неприемлемого в нашей стране, кроме невыносимой гордыни, неприемлемой в коллективистском обществе. Видеть это отторжение от Родины и озлобление даже жутко».
По поводу письма Пастернака армянский писатель Н. Зарьян сказал так: «Уже это письмо — антисоветское враждебное письмо. И на основе этого письма необходимо было бы человека исключить из Союза писателей. Этим письмом Пастернак ставит себя вне советской литературы, вне советского общества».
На этом заседании, как и на собрании партийной группы, в выступлениях С. Михалкова и Ю. Смолича были высказаны острые критические замечания по адресу Секретариата Правления Союза писателей за то, что до сих пор не было опубликовано письмо членов редколлегии журнала «Новый мир» Пастернаку и последний оставался в рядах Союза писателей.
Обращает на себя внимание тот факт, что лишь в отдельных выступлениях указывалось на то, что в течение длительного времени некоторые писатели всячески превозносили значение Пастернака в советской поэзии. Присутствовавший на заседании поэт С. И. Кирсанов, в свое время превозносивший Пастернака, не высказал своего отношения к обсуждавшемуся на заседании вопросу.
Присутствовавшие на заседании писатели единодушно приняли решение об исключении Пастернака из членов Союза советских писателей.
В решении по этому вопросу говорится: «Учитывая политическое и моральное падение Б. Пастернака, его предательство по отношению к советскому народу, к делу социализма, мира, прогресса, оплаченное Нобелевской премией в интересах разжигания войны, Президиум Правления Союза писателей СССР, бюро Оргкомитета Союза писателей РСФСР и Президиум Правления Московского отделения Союза писателей РСФСР лишают Б. Пастернака звания советского писателя, исключают его из числа членов Союза писателей СССР.
Зав. Отделом культуры ЦК КПСС Д. Поликарпов
« 7 интересных вещей, сделанных в СССР
Марш пионеров »
  • +43

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.

+3
Вот читаешь критиков Пастернака среди писательской братии того времени. И бросается в глаза тупая оголтелая злоба товарищей. Абсолютно беззубая критика просто штампы какие то. Да конъюктурное произведение. Да посредственная вещь. А аргументированно кроме общих фраз ни один не высказался. По эпизодам описанным в «Докторе Ж» конкретно с примерами в чем очернительство и ложь, докажите. И чего напирать на коммунистическую идейность это же литературное произведение. А травили и чисто писателей (Ефремова например) по любому не совпадающему с политикой партии и тов. Суслова мнению. А Ефремова в антикоммунизме обвинить сложно, а все ж. Затравили. А в чем он не прав был, в «Часе быка», А? Вспомните правление Борьки алкаша. Прилюдно, за границей ложками по головам стукал, министров, пьяный дирижировал. И развалили страну коммунистические бюрократы. А то Пастернак, Пастернак, мелкий человечишко, за дешевую награду, Нобелевку, и признание на западе готовый писать пасквили на страну, не он первый, не он последний.
+3
Полностью согласен с нижеотписавшимися товарищами. Произведение довольно слабое и оценено на западе было исключительно за антисоветчину. Ну, и автору поделом.
+3
Роман действительно никакой и не читаемый. Оценен еврошлюшками за антисоветчину.
+11
Я читал сей роман.Дочитывать уже заставлял себя.Не понимаю-что в нём гениального? Доктор Ю.Живаго представился мне совершенно аморальным типом.Где бы он не появлялся, обязательно оставит след в виде потомства.Во всём остальном хочется назвать его -Мертвяго.А премию Пастернаку дали не за его сомнительный перл, а за то, что предатель.Напечатался за бугром.
+9
Абсолютно согласна! Тоже «ниасилила». Букафф многа, художественные достоинства весьма средние. Премию дали, скорее по политическим соображениям.
+1
спасибо. книгу не читала. а вот кино смотрела. очень понравилось
+2
В Коктебеле

Юлий Ким

В Коктебеле, в Коктебеле,
У лазурной колыбели — Весь цвет литературы СССР.
А читательская масса
Где-то рядом греет мясо — Пляжи для писателей,
читателям же — нет.

На мужском пустынном пляже
Предположим, утром ляжет
Наш дорогой Мирзо Турсун-заде.
Он лежит и в ус не дует,
И «заде» свое «турсует»,
Попивая коньячок или алиготе!

А все прочие узбеки,
Человек на человеке,
То есть, скромные герои наших дней,
Из почтенья к славе генья
Растянулись на каменьях,
Попивая водочку, иль думая о ней.

Но, кое-кто из них, с досадой
Озираясь на фасады,
Где «звистные письмэнники» живут,
Из подлейшей жажды мести
Сочиняют эти песни,
А потом по всей стране со злобою поют.

Лето 1963,
Крым
Комментарий удалён за нарушение