Одни сутки из жизни главы КГБ

Исполнилось 23 года победы над ГКЧП. Леонид Шебаршин пробыл в должности главы КГБ СССР только сутки – с 22-го по 23 августа 1991 года. Как прошли эти сутки в момент наивысшей победной эйфории демократии, он описывает в своём дневнике.
В книге воспоминаний последнего начальника внешней разведки КГБ СССР Леонида Шебаршина «Последний бой КГБ» (2013 год) воссозданы события, предшествующие развалу Советского Союза, а также те несколько дней «августовского путча» 1991 года, ставшие переломными в судьбе страны. Также Шебаршину принадлежит антирекорд среди всех глав карательного органа: на посту руководителя КГБ СССР он находился всего сутки – с 22-го по 23 августа 1991 года. Именно эти сутки он отразил в своём дневнике.
22 августа 1991 года.
Я подхожу к сейфу и начинаю перебирать немногие находящиеся там бумаги. Официальные, зарегистрированные документы ложатся в одну сторону – их надо передать помощникам. Записи крючковских указаний, черновики, наброски мыслей – все это должно немедленно пойти в печку, а кое-что, например вот эта бумага без адреса и подписи о высказываниях одного из видных «демократов» по поводу Ельцина, уже не может быть доверено ничьим рукам. Я рву её на мелкие клочки и спускаю в унитаз. Настоящие события еще не начали разворачиваться, но если какая-либо власть заинтересуется содержимым сейфа начальника ПГУ (Первого главного управления КГБ, ответственное за разведку), человека, выдвинутого в комитетские верхи Крючковым, то она найдёт там только коробку с личными документами и пистолет с 16 патронами.
Точно в 9 часов на пороге появляются ответственные дежурные. Все в порядке, происшествий в Службе не было ни в Москве, ни за рубежом. Служба притаилась. 19 августа мы успели разослать во все резидентуры документы ГКЧП («для вашего сведения, товарищи резиденты») – указание следить за реакцией на события в СССР – и не более того. Появившаяся у кого-то из коллег идея провести активные мероприятия в поддержку ГКЧП была отвергнута с порога. Почему? Ведь ГКЧП создавался высшими представителями законной власти с участием нашего непосредственного начальника Крючкова. Рукой начальника ПГУ, перечеркнувшей проект указания резидентам, водило понимание того, что вся затея сомнительна и добром не кончится, что разведке лучше остаться в стороне от азартной политической игры.

Надо ехать на Лубянку, для того чтобы быть поближе к Кремлю и не опоздать к назначенному часу (на совещание к Горбачёву).
Город абсолютно спокоен и обычен, нет ни толп, ни флагов, не видно возбуждённых лиц. Толкучка у «Детского мира» живет своей жизнью, но вокруг памятника Дзержинскому на Лубянской площади тоже толпятся люди. Постамент памятника обезображен неряшливыми надписями, корявые буквы «Долой КГБ» и на фасадах наших зданий. Они меня раздражают, я думаю со злобой, что это, видимо, дело рук тех, кто раньше писал на заборах трёхбуквенное ругательство и размалевывал стены общественных уборных, а теперь пошёл в политику. Мысль несправедливая, но утешительная.
На Лубянке срочно созывает коллегию Грушко, после ареста Крючкова оставшийся старшим должностным лицом комитета. Происходит новый для нас, но столь обычный в России ритуал коллективного посыпания головы пеплом, публичного, а следовательно, неискреннего покаяния. Коллегия принимает заявление с осуждением провалившегося заговора, и неожиданно возникает спор по поводу употребленного в проекте выражения «честь комитета замарана…». Кто-то предлагает написать «запачкана честь…», а ещё лучше – «на комитет ложится пятно». Это напоминает сцену из романа Кафки, заседания партийного съезда или Верховного Совета. Состояние всеобщего уныния, единственная невысказанная мысль: «Ну, влипли!» Все дружно ругают вчерашнего шефа, который подставил всех нас таким глупым образом.
Коллегия завершается быстро. Я захожу к Грушко и докладываю о вызове в Кремль. Грушко говорит, что утром ему позвонил Михаил Сергеевич из машины и сказал, чтобы все работали спокойно.
Горбачёв говорит, что он временно возлагает на меня обязанности председателя комитета: «Поезжайте сейчас, созовите заместителей председателя и объявите им это решение». Одновременно он дает указание, чтобы я и мои коллеги подготовили отчёты о своих действиях 19-21 августа. Отчеты следует направить лично президенту в запечатанном конверте.
Собираю своих коллег, объявляю указание президента. Вопросов ни у кого нет. Надо обсудить, что делать. Договариваемся собрать совещание руководящего состава КГБ завтра, а на нём определим срок и содержание заседания коллегии. Коллегию надо проводить как можно раньше. Создаем официальную комиссию по расследованию деятельности КГБ в дни путча. По предложению Грушко назначаю главой комиссии Титова. В глазах Грушко, потухших и отрешенных, мелькает огонек надежды, они с Титовым старинные друзья. Титов будет хорошим расследователем, но позволят ли ему остаться во главе комиссии? Это вопрос.
Начальник охраны комитетских зданий докладывает, что, пока мы заседали, толпа на площади выросла, ведет себя угрожающе и собирается штурмовать комитет.

– Что делать?
– Закрыть и заблокировать все двери и ворота, проверить решётки. Ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах не применять оружие. Я дам указание Московскому управлению связаться с милицией.
С огромным трудом отыскивается кто-то из милицейских начальников, обещает помочь, но милиция не появляется. Сумятица и растерянность царят во всех московских учреждениях.
Звонок из Прокуратуры Союза:
– Против Крючкова возбуждено уголовное дело. Нам необходимо провести обыск в кабинете Крючкова. Бригада следователей готова выехать.
– Хорошо, пусть едут.
Тут же следует звонок из Прокуратуры РСФСР, говорит Степанков:
– Мы возбудили уголовное дело против Крючкова и высылаем следователей для обыска его кабинета. С ними приедет Молчанов от Центрального телевидения.
– Присылайте следователей, но сюда уже едут из Прокуратуры Союза.
– Ничего, мы успеем, нам здесь недалеко. А с ними договоримся.
Действительно, не проходит и десяти минут, как в кабинете оказывается добрая дюжина служителей правосудия во главе с Генеральным прокурором РСФСР Степанковым. К моему удивлению, разбираются они между собой быстро и толково, берут в качестве понятых двух машинисток из секретариата. Одна группа идёт в кабинет Крючкова, другая направляется на дачу, где горько рыдает Екатерина Петровна. Еще одна группа едет на городскую квартиру Крючковых.
У меня в кабинете появляются два российских депутата – Илья Константинов и Леонид Гуревич. Если толпа начнет вести себя буйно, они намерены её урезонивать. Пьем чай, курим, говорим о политике и жизни. Собеседники кажутся мне людьми весьма разумными и совестливыми.

Доложили, что с какой-то машины в проезде Серова, то есть рядом с комитетом, бесплатно раздают водку. Любой бунт в России совершается с помощью водки, это очень опасная вещь. Прошу немедленно проверить. Через несколько минут разочарованный голос сообщает, что сведения не подтвердились, водку не раздают. Ситуация постепенно проясняется. На площади не буйная толпа, а организованный митинг. Всем распоряжается молодой и многообещающий политический деятель Станкевич, милиция появилась и приглядывает за порядком, идёт подготовка к демонтажу памятника Ф.Э. Дзержинскому.
Иду подземным переходом в старое здание, в кабинет на пятом этаже, выходящий окнами на площадь. По просьбе организаторов митинга были включены прожекторы на комитетском доме – помогаем готовить собственную экзекуцию, но площадь освещена слабо. Кольцом на некотором отдалении от статуи Дзержинского стоят люди, 15-20 тысяч. Говорят речи, выкрикивают лозунги, нестройным хором начинают петь песню про Магадан. Станкевич стоит у микрофона, поэтому его приятный, но плохо поставленный тенор летит над общим шумом. Дирижер он неважный, и хор сам собой разваливается. Других, приличных случаю песен, видимо, не находится, и музыкальная часть вечера заканчивается.
Тем временем два мощных автокрана примериваются к чугунному монументу. На плечах Дзержинского сидит добровольный палач, обматывающий шею и торс первого чекиста железным канатом. Палач распрямляется, подтягивает свалившиеся штаны и делает жест рукой: «Готово! Можно вешать!» Скорее всего, какой-то монтажник. Разумеется, не Станкевичу же самому набрасывать петлю, всегда были распорядители и были исполнители.

23 августа.
Начальник Следственного управления докладывает, что сторонники Новодворской собираются штурмовать Лефортовскую тюрьму, чтобы освободить свою предводительницу. Это имя мне известно, я видел Новодворскую по телевизору, она прочно ассоциируется у меня с истерической частью политического спектра. Часть эта, к сожалению, довольно обширна.
– Вот те на! А разве она у нас?
– У нас.
– А что делать?
– Освободить.
– Кто может распорядиться об освобождении?
– Вы сами.
– Выпускайте!
Непрерывно поступает информация о том, что на площади собирается толпа, что раздаются подстрекательские призывы штурмовать КГБ, в городе опечатывают райкомы КПСС и находящиеся в тех же зданиях районные отделы КГБ, что милиции по-прежнему нет. Принимаем обращение к президентам СССР и РСФСР с просьбой не допустить противоправных действий толпы в отношении КГБ и его сотрудников. Кто-то предлагает в этом обращении намекнуть, что офицеры КГБ вооружены и не следует доводить их до отчаяния. Нет, эта фраза не пойдёт – сила не на нашей стороне, нет смысла показывать кулак, если нет возможности ударить. Обращение срочно отправляем в Кремль и продолжаем дискуссию.
Тон заседания – разговор обеспокоенных коллег и единомышленников – резко меняет выступление заместителя Председателя КГБ РСФСР Поделякина. Совсем недавно он был одним из нас, возглавлял КГБ в Башкирии. Сейчас он представляет победившую сторону и, видимо, вдохновлен своей причастностью к ее верхам.

Поделякин поднимается во весь свой небольшой рост, его лысина покрывается красными пятнами (мелькает мысль: ведь этот человек всех нас просто ненавидит!). Напористо, жёстко, с чувством огромной внутренней убежденности Поделякин говорит, что совещание уходит в сторону от самого главного вопроса – о кадрах. Надо немедленно вывести из состава коллегии тех, кто активно участвовал в деятельности ГКЧП. Известно, что первый заместитель Председателя КГБ СССР Г. Агеев, например, давал указание шифроорганам не пропускать телеграммы КГБ РСФСР. Возразить нечего, Агеев такое указание давал. Он сидит здесь же, молча глядя в стол, слушает обвинителя Поделякина. Да и многие другие чувствуют, что виноваты не виноваты, а отвечать придётся.
Президент Горбачёв коротко говорит: «Я назначаю Председателем КГБ товарища Бакатина. Отправляйтесь сейчас в комитет и представьте его». Товарищ Бакатин, оказывается, здесь же, в зале заседаний.
Испытываю такое облегчение, что начинаю широко улыбаться: «Большое спасибо! Сегодня ночью буду спать спокойно».

– Там сторонники Новодворской пытаются лезть в здание через окна второго этажа. Внизу решетки, – говорю я Бакатину.
– Если влезут, выбрасывайте их к чёртовой матери! Бакатин брезгливо обходит кресло, в котором сидел Крючков, и пристраивается за длинным столом.
« Звездные браки времен СССР
Мусульманские батальоны ГРУ »
  • +55

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.

0
Агеев — неизвестный герой тех времен. Чуть ли не единственный, кто решился на реальные действия. Это он дал команду отрубить связь в Форосе, а Плеханову — изолировать притаившегося там генсека. Наверное, потому Горбачёвы вернулись в Москву желто-бледными от страха: до последнего боялись, что их пустят по пути Чаушеску.
0
Именно притаившегося вместе с Раисой Максимовной.В этот момент все поняли, что Горбачев болтун, неспособный предвидеть даже ГКЧП. И здесь Ельцину посоветовали Беловежскую пущу, аргумент -Горбачев политический импотент.
+2
Слава Богу, подобное не повторится в России. Украина показала к чему приводит вера в «демократию» и снос памятников. Я на это надеюсь.
+7
ВСЕ «новописателиистории» начинают с одного, со сноса ПАМЯТНИКАМ ПРОШЛОМУ, но ведь это и ЕСТЬ ИСТОРИЯ, зачеркнув ПРОШЛОЕ, они, в ПОСЛЕДСТВИИ «зачеркивают» и себя.
0
Там всегда — тихо…
-4
Где были вы-соплежуи тогда в 1991-м? В Москве я вас не видел возмущенных сносу памятников жидо-большевизма. История повторяется. И всё приходит на круги своя. Было время, топтали памятники Русским Царям, защитникам России, по той же схеме большевизма затоптали памятники и советским божкам-идолам. Россия возрождается, в Москве с Божей помощью воздвигаются памятники истинным героям Отечества; Александрам I,II-му, протопопу Аввакуму, Столыпину П… В Питере чтут и отдают память Императрице, вновь возведённому памятнику Екатерине Великой на Невском проспекте. История России залечивает раны иудо-большевизма. Пожалуйста без соплей. Поставьте минус молча. Сочту за честь.
+5
  • avatar
  • kv127
Чёт Вы разошлись. Михаил..)) Были в Москве. Осуждали (лично я), правда в основном на кухне))) Ибо верилось в лучшее… которое вот вот..)) Типа — ура! Ходил к Белому Дому…
Памятники, моё мнение, сносить нельзя. С Феликсом — статья особая. Альма-матер его жива, здравствует и методов не поменяла. Символ… не хороший символ этот памятник. Перемещение нормально для него. Перемещение без сволочей — Станкевичей…
+2
… ну как тут не раздухариться? Народ, как дети малые, сами сломали игрушку под названием СССР, теперь на сайтиках в жилет сморкаются, и кругом у них виноваты все. А с Вами очень даже согласен, я на кухне тоже ура орал, а кто не орал? Те, что сопли по союзу жуют громче всех тогда УРА! орали. И конечно, памятники ни в коем случае сносить нельзя это история страны. Уродовать, подгонять под себя историю, как это делали большевики преступление. Спасибо.
+5
  • avatar
  • rdk06
Да. Это вы соплежуи московские все и развалили. а народ на руси как работал в это время так и продолжал работать. до последнего…
надо было вас всех г. дер… кратов тогда еще подзад коленом из страны выпереть.
-2
… нельзя развалить то, что уже прогнило, и умирало. Союзу было 70 лет он и чувствовал себя ровно на столько. Когда убивали Российскую Империю за неё боролись с 1917-1922гг. За союз никто не дёрнулся. Как Вы пишите — «а народ на руси как работал в это время так и продолжал работать. до последнего…» Вот я и говорю, может не стоит сопли теперь жевать? Не работать, а защищать в нужный момент Родину надо было, демократов разгонять, под з-а-д коленом из страны выпереть. Москвичи то здесь причём? Давайте за себя и про себя каждый скажем.
Комментарий удалён за нарушение
0
… ну вот, опять Вы про монархию. Где у меня написано, что за Царя или монархию шесть лет боролись? За Россию-единую и не делимую без жидо-большевизма, за Империю драка была. А сходу назвать имя генерала-монархиста не готов, как бы Вы меня не пытали.
-2
часть 2-я. У мужа жену увели, да она особо не сопротивлялась, пока тот на работе был. Пришёл с работы, а соседи всё и рассказали несчастному. Расстроился муж, сопли так и хлынули, пожевал он их. И вывод сделал правильный. Родина-любимая женщина, её на долго без внимания оставлять нельзя.
+3
  • avatar
  • rdk06
пресловутая пятая колонна формируется из таких как вы… жаль Сталина на вас нет, а может быть и Гитлера. Кто из них вам роднее!
-3
… не вы ли её формируете? Поцелуйте обоих за меня, в места которые вам больше нравятся.
+4
… я бы не рушила — памятники — никогда. Это — значит — отвергнуть историю, нашу. Не правы — люди в разрушениях…
0
… конечно, снос памяти, подмена истории это преступно, низко, вредно. Ни в коем случае нельзя уподобляться большевикам.
0
А как быть с памятниками Гитлеру и ему подобных?
0
… а с ними не быть, с ними давно уже стало.
0
Я имел ввиду не факт наличия сегодня, а способ решения возможного. К примеру, памятник Бандере ведь поставили, а он был ещё тем «пушистым зайцем».
Я сам за то, чтобы историю народы чтили, но не вся история людей «хороша», к сожалению.
Другое дело, ставить памятники не только для героизации, но и культурные показательно-негативные исторические образы истории нации.
0
… а, пронял Вас. Публичный памятник Гитлеру можно сделать лишь в виде урны или плевательницы. Уж сильно это гад всем народам насолил. А бюсты его есть, они доступны, их можно увидеть в музеях ВОВ. Кстати, в маленькой Республике Сан-Марино по сей день продают пиво с изображением на бутылке дуче Бенито Муссолини и фюрера Адольфа Гитлера стоимостью 3-5 эуро. Там не запрещено, но стоит перейти дорогу начинается Италия и там запрет. Бандера это местечковый геройчик, временный. Тут по принципу скажи мне кто твой кумир, и я сделаю вывод, что у тебя с мозгами. Просто у парней пока другие ценности и туманность в голове. Это скоро пройдёт. Есть сатанисты в их среде наверное стоит ему памятник, но общество в большенстве своём пышет здоровьем, и этого никогда не примет.
+2
… очень интересно. В Испании если Вы будете углубляться в цент — больше к западу есть ресторан «Каса Пепе»(Дом Пепе) он очень знаменит — вот там всё полностью — фашистское — но это, как фрик — многие почитают Франко и Гитлера… очень интересно, все работники в Форме — Голубой дивизии… Власть решила оставить этот ресторан… Вы, знаете — мне было интересно…
0
… в обществе порою происходят удивительные вещи. Россия только что выиграла у Франции войну, в которой Наполеон считался первым врагом у русских. В двадцатые-тридцатые годы 19 столетия, кто как не Пушкин был самым русским человеком в Империи? А на столе у поэта стоял бюст Бони, и русская знать этим тоже грешила. Пример с Вандомской колонной, Париж. На верхушке её стоит скульптура Наполеона с венком на голове, тело одето в тунику императора римского. Колонна та, подражание Траяновой колонне в Риме, из металла сотен пушек, взятых Великой армией у не приятелей, — русских и австрийцев. В 1814 г. Русская Армия вошла в изумительный город, во главе с Императором нашим Александром I. Благодарные Паризии за освобождение от тирании, хотели было сковырнуть колонну обвязав её верёвками, но Русский Царь запретил это делать франкам. Только после ухода русских войск фигуру Императора Французов сняли по требованию парижан. В случае с памятью о Франко дело ясное, была Гражданская война, и мнения разделились. Но Ади? Вы убили меня. Хотя, может в этом и есть смысл демократии?
Комментарий удалён за нарушение
+1
Спасибо, Михаил — мне интересно было прочесть… Но вот так — есть такой ресторан — я сама была шокирована — первый раз, а потом привыкла...)) Я не ищу смысла — есть ли демократия или — нет...)) Просто — факт — существования. Ему(ресторану) — много лет — 100, назван в честь первого хозяина, дети продолжают династию… ну любил их прадед и дед — Франко с Гитлером, встречался и кормил — ну, что же теперь...?, многим — интересно. Кстати — там(возле ресторана) — всегда были стычки боевые между фашистами и антифашистами… НО!!! — государство — защитило!!! — этот ресторан — он единственный в стране — фашистский — охраняется законом… Вот — такая история…
+1
… хорошая история, чисто европейская…
+1
… я согласна с Вами, в обществе порою происходят удивительные вещи...)))
-2
«Бакатин брезгливо обходит кресло»
Бакатин — ГОВНО, какое ещё поискать
+7
У нас в Екатеринбурге и Свердлов стоит и Ленин. Даже представить себе не могу что собирается народ и все это разрушит
+2
«Помните, любите, изучайте Ильича, нашего учителя, нашего вождя!» — писал Иосиф Сталин.
+7
Вот и уложили Россию на колени. А союз развалили. Эти идиоты большие карманы набили???
+3
Аж смешно! Нашли врага тоже…
+11
Ну и где эти идиоты во главе с новодворской, которые сносили памятник Феликсу? Максимум 5%живут ныне неплохо.Остальные передохли в перестроечные 90-е лихие, да приспособились лизать… новым хозяевам.А Феликс был и останется Историей