Обратно в СССР. Вспоминая наше советское прошлое

Все, пожалуй, наслышаны о «железном занавесе», который будто бы выстроил вокруг своих границ Советский Союз. А между тем, именно премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль в 1948 году в Фултонской речи и призвал отгородиться «железным занавесом» от СССР.

Времена, действительно, были тяжелыми. Разгар холодной войны, противостояние советского блока и будущих участников НАТО. Не утихали шпионские скандалы. Еще недавним союзникам по антигитлеровской коалиции в инициативах нашей страны мерещились экспансивные устремления. Понятно, о каком железе говорится. Это не стальные ворота и не жалюзи из жести. Железо их занавеса – это сталь их танков.

Мое детство прошло в холодную войну. Может, я и застал одну-две оттепели. А во время оттепели солдаты этой ХВ лезут друг к другу в окопы брататься .

Но правда, странное дело, «железный занавес», а тут такие дела. То наш сосед по площадке отправляется обмениваться опытом в США, то вдруг мой одноклассник по художественной школе едет в Париж с группой советских детей в рамках культурного обмена. Сосед в дачном поселке путешествует по Италии и потом удивляет нас неслыханными впечатлениями. По телевизору показывают гостей из тех же США, приехали навестить родственников в Союзе и стали объектом интереса нашей прессы, телевидения.

Не в счет толпы туристов, ярко одетых, с извечными фотокамерами, болтающимися на их английских, немецких, бельгийских и американских шеях, с неизбывными восторженными улыбками. И эти туристов повсюду — на Красной Площади в ГУМме, в Александровском саду.

И среди всего этого еще появились журналы о жизни в западных странах: «Америка», «Англия». Однажды, будучи в гостях у тети, я обнаружил целую кипу журналов. На роскошных фото были запечатлены люди, выглядевшие тогда благополучными, прекрасно одетые с неизменными улыбками. В статьях рассказывалось об их быте, проблемах, всяких увлечениях. Героями публикаций становились астронавты, предприниматели, ученые, художники. Этакий разрешенный идеологичекий удар. Ведь они и Кока-Колу и джинсы и фастфуд считают символами американской культуры. Придают большое значение в распространении этой атрибутики — удобной, универсальной, не знающей границ. Но, тем не менее, это было разрешенной формой межкультурного взаимодействия. Да и решающего значения их меры не имели. Так, мелкие уколы.

Необычно красивая одежда, дома, машины, вероятно, были контрастом рядом с нашими дефицитами, бракованными вещами для населения. Но заметки из «Америки», «Англии» не пересказывались, не передавались из уст в уста. Наш народ жил своими проблемами, достижениями. Одни читали «Литературную Газету», другие «Знание — Сила», третьи «Науку и жизнь», кто-то рылся в огороде, кто-то фарцевал или клянчил жевательную резинку у иностранцев — каждому своему. Большинству было просто неинтересно, что там написали в «Америке».

20th.su