3 истории из жизни «под немцами»

Февраль на Кубани и в Адыгее – месяц особенный. В феврале 1943 года в активную фазу вступила военная операция по освобождению территорий от фашистских захватчиков.
Во время оккупации Кубани немцы расстреливали тех, кто больше не мог работать
Когда в аул Гатлукай пришла Красная армия, Саферу Хуаде было всего восемь лет. С лета 1942-го мальчик жил «под немцами», аул Гатлукай оказался в числе оккупированных населённых пунктов. «Пережитое запечатлелось в памяти настолько отчетливо, что не отпускает до сих пор», — говорит Сафер Хуаде.

Как граната стала игрушкой

«Оккупация еще не началась, а со мной уже приключилось несчастье. В августе 1942-го я потерял кисть руки, — рассказывает Сафер Хуаде. — Шли бои, это было страшное и опасное время. А мальчишки же любопытные, пронырливые. Из дома на улицу не выпускают, но разве пацана удержишь? Я выскользнул и – о чудо! Нашел недалеко от дома, посреди дороги, ручную гранату. Конечно же, подобрал! Граната стала моей игрушкой. Но ненадолго. Взорвалась прямо в руках.
Наши солдаты отвезли меня в передвижной госпиталь, в соседний аул. Меня прооперировали. А уже через сутки госпиталь стал экстренно готовиться к эвакуации. Натиск фашистов был слишком силен, Красная армия не могла его сдержать и отступала. Меня забрали домой. Я мог умереть, потерял много крови. Но в ауле был аксакал, знахарь. Благодаря ему я пошёл на поправку и выкарабкался. Спасибо.
Потом, уже «под немцами», когда начал забывать о ранении, я снова чуть не погиб. И по той же дурацкой причине – из-за мальчишеской тяги к мужским атрибутам.
Меня избили до полусмерти за то, что хотел подобрать с земли брошенное немцем старое лезвие. Немец бил меня беспощадно, а потом достал пистолет и хотел застрелить. К счастью, крики мои услышала мама. Уж так сильно плакала она, кричала, закрывала меня собой… Вымолила пощаду».

«Стреляли в Сталина, а досталось нашим»

«Ушли наши, — вспоминает Сафер. — А один боец, азербайджанец по фамилии Мамедов, остался. Не успел и не сумел уйти со всеми – он плохо ходил, потому что сильно обморозил ноги. Он прятался у нас дома.
Я помню, как он показывал фотокарточку своей семьи, и сам подолгу её разглядывал. Там были изображен он сам, его жена и их дети. Наверное, боец предчувствовал, что едва ли снова увидит родных. Немцы бедолагу, увы, обнаружили, отволокли в огород и там расстреляли.
В то время фотографии были большой ценностью. В каждом доме были «парадные» портреты, служившие главным украшением интерьера. Как у всех, у нас тоже на стене они висели – семейные и как было принято, членов правительства. Когда фашисты вошли в наш дом, то пустили по портретам автоматную очередь. Стреляли в Сталина, а больше досталось нашим. Некоторые портреты оказались безнадежно испорченными. А фотография, оставленная расстрелянным бойцом, уцелела. В нашей семье она долго ещё хранилась».

Надсмотрщик погонял людей как скот

«До сих пор у меня в ушах их возгласы: «Яйка, млеко!». Они были беспощадные, как варвары, — рассказывает Сафер Хуаде. — Шуровали по дворам и брали всё более-менее ценное. У кого была корова, установили оброк: отдавать каждый день полтора-два литра молока.
Свой штаб они разместили в здании школы. Созвали туда всех на сбор и объявили, что жить мы будем по новым законам, которые принесла немецкая освободительная армия. Все жители аула должны трудиться для немецкой армии. Заготавливать сено, ремонтировать дорогу от поселка Сливного до хутора Молькино и ухаживать за лошадьми, которых они привели в колхозную конюшню. Самой тяжелой из всех повинностей была работа на дороге. Надсмотрщик подгонял людей кнутом, как скот. Однажды за опоздание на несколько минут немецкий унтер избил 70-летнего старика. У адыгов неуважение к старшим равнозначно преступлению. Накипевшее возмущение аульчан было так сильно, что они договорились подкараулить и убить этого немца, а тело спрятать. Но старики не разрешили этого делать, ведь поплатиться жизнями мог весь аул, от мала до велика.
В январе 1943-го ударили морозы за минус 20. Конюшню надо было утеплять. Самую неприятную и сложную работу выполняли аульчане, родственники которых имели отношение к советской власти. Наиболее гонимыми были семьи Зачерия Мешвеза — секретаря райкома ВКПС(б) и Юсуфа Хуаде – председателя народного суда и Гиссы Тлехаса — работника райисполкома, ушедшего в партизанский отряд «Ворошиловец». Неудивительно, что в числе тех, кому не повезло, пришлось в лютую стужу идти и обмазывать стены кизяком, оказалась жена Гиссы.
К вечеру мальчик заболел, а через два дня умер. Люди побоялись прийти на похороны сына партизана.
В тот же день, поскольку жена Тлехаса не принесла молока, полицай сам отправился за оброком. Пришел, а хозяйки нет, только двое маленьких детей. Полицай так орал, что старший мальчик сильно перепугался, побежал в конюшню за матерью в чем был, в одной рубахе. Без шапки, без обуви… по снегу.
К вечеру мальчик заболел, а через два дня умер. Люди побоялись прийти на похороны сына партизана. Как убитая горем женщина справилась с погребением, лучше не представлять. И уже на следующее утро в дом Гиссы Тлехаса снова пришли и полицай, и староста. Полицай — с требованием молока, а староста с приказом отправляться на обмазку конюшни. Когда вернулись наши, несчастная женщина с младшим и уже единственным её сыном, ушла от нас жить в другой аул».
« Советский Узбекистан в 1956 году
Счастливое советское детство 1950-х »
  • +117

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.

-7
«Во время оккупации Кубани немцы расстреливали тех, кто больше не мог работать»
Но это так, для затравки. А дальше пошли настоящие ужасы. 70-летнего старика зачем-то избил фашист, хотя тот и был аксакалом. 8-летнего однорукого пацана (по всем признакам умственно отсталого) другой фашист чуть не убил за какое-то лезвие (бритвенное?). Ещё один пацанёнок, когда к ним в дом пришёл полицай, так испугался, что побежал босиком по снегу, заболел и умер. А его мать, чтобы не мазать на стену навоз, ушла в другой аул.
Зачем я это прочитал?
0
Сказка
0
Но как воспряли поцреоты от этих дурацких россказней!
+4
  • avatar
  • BARS
Всем умни-кам желающим найти нечто человеческое в фашиsтах и фашиzме, так сказать переосмыслить былое и подыскать оправдания их деяниям, советую прочесть конспекты выступлений лидеров германии. Так вот, эти нелYди в своих пламенных речах, открыто призывали своих вояк убиVать, убиVать и еще раз убиVать всех, так называемых, неDочелоvеков. То есть славян (русских, украинцев, белорусов), еvреев, цыган, и остальных. Список большой. И это была именно ненаvисть, потому, что этимология слова ненаvисть — означает «не vидеть». Они не viдели в наших дедах и прадедах, женщинах, детях и стариках людей, как и нынешние неоfашисты.
-3
В выступлениях некоторых форумчан (не буду тыкать пальцем) также содержатся открытые призывы убивать тех, кого они считают своими врагами. Так Вы считаете их тоже нелюдями сродни фашистам, или всё же обычными кретинами, как считаю я, например?
+7
в кубанскую станицу моего отца немцы пришли тоже в августе. точно так же — курка-яйко-млеко… на постое были немцы и румыны по очереди. румыны — как тараканы, обшаривали все углы в поисках любых ценностей, вплоть до нехитрых женских украшений. а потом, ближе к зиме приехали душегубки… кого в них отправить — определяли полицаи. моя бабушка попала в число «избранных», но уже возле самого автомобиля её из толпы выдернул немец-врач, кому она каждый день отдавала молоко. коров на село оставалось к тому времени чуть ли не десяток всего — так что он не о ней заботился…
деда моего к тому времени уже год не было, похоронка видать в оккупацию и пропала. отец уже не помнит когда именно, но говорит видел сам её. хоть и не много лет ему было, но 7 лет уже достаточно большой — помнит как немцы пришли, как уходили из станицы без боя, как потом самолёты бомбили станцию… до середины 80-х мы выкапывали немецкие патроны в огороде на хуторе — там видать заслон был… а бабушка до конца жизни проходя мимо двора полицая плевала в его сторону.
патроны и гильзы и сейчас — можно без труда найти в поле, в лесу — и посерьёзнее что, так что — забывать ещё рано. говорят — до сих пор года не было, что бы на прохоровском поле не нашли мину или снаряд…
-20
Ну так и нквд тем же самым занималось — в чем разница?
0
Причём тут НКВД?? В статье речь идёт об обычных солдатах вермахта.
+7
Моя мамка, ещё девчонкой, была в оккупации в деревне в Орловской области. Рассказывала. Обычные солдаты (вермахт) -обычные люди. Квартировали в их избе. Воевать их призвали, точнее заставили. Предупредили о «продразвёрстке». Скотину в лес угнали. Что было с этими немцами-не знаю. Деда и бабу, по материнской линии, убили СС. Война, как и люди- неоднозначны.
+2
За старое брошенное лезвие чуть не убили
а за красноармейца которого прятали ничего не сделали
чушь какая то
граната в руке у восмилетнего пацана взорвалась только кисть оторвало. ЭТО ЧТО ЗА ГРАНАТА????

Наиболее гонимыми были семьи Зачерия Мешвеза — секретаря райкома ВКПС(б) и Юсуфа Хуаде – председателя народного суда и Гиссы Тлехаса — работника райисполкома, ушедшего в партизанский отряд «Ворошиловец» а говорили что немцы расстреливали родствеников партизан. как это панимать?? фуйню какую то сочинил
0
Взорвался запал выкрученный из гранаты — вполне может оторвать кисть
0
скорее всего взорвался взрыватель.
+6
Если бы это были воспоминания взрослого в то время я бы тоже сказал полная фигня, а так как ему насколько я понимаю было восемь лет то все эти казусы вполне логичны.
+4
У фото подпись совершенно не соответствует содержанию
+18
скотское отношение фашистов понятно---захватчики.А нынешних -----ненависть к согражданам-это психдиагноз
-6
не ненависть, а страх. Ты там не был, что бы обвинять…
+17
А ты там видимо был, чтобы оправдывать. Преступление даже если ты его не видел останется преступлением. Сейчас очень модно осуждать Сталина, который очень много сделал для страны и обелять фашистов и всех кто их поддерживал
+1
не оправдываю, а жалею, воинственный ты мой ...)
+1
Себя пожалей продажный ты мой.